29 января 2016

Журналист с микрофоном... Радио-класс (Часть 1)

465

Журналист с микрофоном - это человек, который либо сообщает новость, либо ведет публицистическую передачу, задает вопросы собеседнику, объясняет (комментирует) какое-то событие, явление, факт. В том случае, когда передача идет прямо в эфир, нет места для редактирования текста, монтажа, исправления ошибок. Здесь единственный «инструмент» радиожурналиста - звучащее слово. Это - высший пилотаж, результат профессионального мастерства, особых способностей, специальных навыков. Прямой эфир обладает высокой притягательностью, значительно удешевляет производственный процесс, то есть сулит идеологические и экономические дивиденды. Вот почему в последнее время (и особенно на коммерческих радиостанциях) шиироко используют подобную форму вещания.

Не всегда это происходит достаточно эффективно. Нередко радиоэфир попросту засоряют пустяковыми разговорами с множеством языковых огрехов, а то и вовсе неграмотной речью. Следует признать, что прямой эфир - это не только способ вещания, но и сложное искусство, специфическое средство выразительности. Иначе обстоит дело, когда у радиожурналиста имеется возможность предварительной фиксации своего материала. В этом случае заранее готовят текст (литературную основу), подвергают его необходимому редактированию. Согласно творческому замыслу производится магнитная запись, которая соответствующим образом монтируется, иногда она дополняется шумовым или музыкальным сопровождением. Материал обретает более или менее совершенную форму, причем в руках опытного журналиста и его технических и творческих помощников (звукорежиссера, звукооператора, звукооформителя, музыкального редактора и проч.) радиопроизведение не утрачивает духа естественной непринужденности, сиюминутности и словно бы непредсказуемости результата, что обычно бывает в реальной жизни.

Человек с микрофоном, радиожурналист должен быть профессионалом, обладающим специфическими знаниями, владеющим особыми приемами работы, умеющим сделать так, чтобы живое человеческое слово зазвучало во всей своей красоте, глубине и образности; чтобы его собеседник «раскрылся», рассказал то и так, как это нужно в данном случае; чтобы слушатели поняли и почувствовали авторский замысел, основное содержание, глубинную идею и тонкий подтекст журналистского произведения. Давайте же попробуем разобраться в слагаемых профессионального мастерства радиожурналиста, человека с микрофоном, способного мыслить в категориях радио, то есть находить наилучшие пути передачи события с помощью звука.
 
Здесь следует напомнить, что в арсенале радиожурналиста три составляющих: звучащее слово, музыка и шумы — четвертого не дано. Тишина, то есть отсутствие всяких звуков, может служить ярчайшим средством выразительности (и как часто, к сожалению, в наших материалах на радио и телевидении не хватает именно этого — точно выверенной паузы, дающей возможность осмыслить предлагаемый материал).
 
Шум — естественные беспорядочные звуковые колебания, сопровождающие почти каждое действие. Использование шумов позволяет создать эффект присутствия, иногда помогает достаточно точно обозначить место действия, что чрезвычайно важно на радио (в отличие от телевидения, где зритель все видит воочию).
 
Известный радиожурналист Юрий Гальперин в книге «Человек с микрофоном» с юмором описывает свою первую запись шумового оформления репортажа. Дело было на железнодорожной станции. Вручив начинающему репортеру микрофон, оператор предупредил: далеко не ходите, пути рядом. Но Гальперин проявил самостоятельность и перешел первые полоски рельс. Натужно пыхтя и пофыркивая, приблизился маневренный паровоз. Машинист высунулся из окна и, видимо, не собирался украсить репортаж голосом локомотива. Закрыв ладонью микрофон, чтобы не выдать «секрета» своей работы, репортер закричал что есть силы: «Дяденька, погуди, погуди!» Машинист нырнул в будку, и тут же раздался басовитый гудок. В этот момент за спиной Гальперина послышался стук колес длинного товарного состава. Журналист был счастлив: запись шумов удалась на славу. Почему же в автомобиле со звукозаписывающей аппаратурой его встретили гомерическим хохотом? Гальперин нес микрофон с обрывком провода, перерезанного составом, прошедшим у него за спиной. «Ну хоть что-нибудь записалось?» - робко спросил он. Оператор включил запись. В динамике зашипел, зафыркал паровоз, и, покрывая все шумы, зазвучал молящий голос: «Дяденька, погуди, погуди!»...
 
Музыка - мелодически выстроенные, «организованные» звуки. Музыку невозможно передать словами, но она создает поэтический мир образов, воздействует на эмоциональное восприятие материала. Музыка может украсить любое журналистское произведение, но она не должна служить элементом украшательства. Использование той или иной мелодии в каждом случае должно быть осмысленным и оправданным. Здесь все играет роль: и громкость, и характер музыки, ее аранжировка, звучание струнных, духовых и прочих инструментов, их солирование или оркестровое исполнение. Вот почему существуют особые профессии музыкального оформителя и музыкального редактора. Но при этом журналист должен знать характер музыкального оформления, уметь подсказать, растолковать цель и задачи звукового содержания его сценария.
 
Слово, вербальный текст — не просто главный, но единственный инструмент радиожурналиста для передачи основного содержания, мыслей, идей; это осмысленный звуковой ряд, форма речевого общения, может быть, самая распространенная и, скорее всего, древнейшая знаковая система.
 
Только что мы говорили о музыке, располагающей всего семью нотами, звучащими в восьми октавах, и сколько же чудесных мелодий создано и еще будет создано при помощи столь ограниченных средств! Что же говорить о неисчерпаемых возможностях языка с его огромной лексикой (в Словаре русского языка Ожегова более 60 тыс. слов, в Словаре иностранных слов - около 20 тыс., а в обычном орфографическом словаре — от 120 тыс. и более слов); добавьте сюда грамматические и синтаксические возможности, интонационное богатство речи! Звучащим словом радиожурналист описывает события, характеры и внешний облик героев, передает основную мысль произведения. Это сложное искусство, требующее и природных данных, и серьезной учебы, и постоянных напряженных тренировок. Овладение секретами профессионального мастерства лучше всего начать с обобщенного анализа содержания и формы журналистских произведений.
 
Глава 1. СОДЕРЖАНИЕ И ФОРМА ЖУРНАЛИСТСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ
 
Отправляясь на задание, журналист старается представить себе (смоделировать) свой будущий материал — и это не признак нетерпения, а необходимая подготовительная работа, помогающая автору запастись всей информацией, требуемой для создания журналистского произведения. Без такой внутренней подготовки, приехав на объект, вы будете растерянно озираться по сторонам, не зная, на что обратить внимание, у кого и о чем спросить.
 
Возвратившись с события, в тех случаях, когда нет необходимости выйти в прямой эфир, оперативно передать материал в редакцию, сразу же «наговорить» его на магнитную ленту, журналист придвигает к себе стопку бумаги, склоняется над клавиатурой пишущей машинки или персонального компьютера и напряженно ищет нужные слова, как правило, интуитивно выбирая жанр (если он не обусловлен редакционным заданием), соответствующие изобразительно-выразительные средства, форму своего повествования. А поскольку выбор необходимых средств происходит на уровне подсознания, то, может быть, нет нужды вдаваться в теоретические сложности изучения профессионального мастерства? Хороший рассказчик любое повествование строит увлекательно, скажете вы.
 
Так-то оно так. Но вот простейшая аналогия. Когда мы ходим, разве задумываемся над последовательностью работы различных мышц, что не мешает ходить медленно или быстро, вразвалку или строевым шагом. Впрочем, нет, маршировать учат в строю, парадный шаг есть результат многодневной муштры. А попробуйте заняться спортивной ходьбой да еще поставьте цель добиться рекорда. Сразу понадобится точное знание «механизма» ходьбы (спортсмена снимают на видеопленку и затем, используя замедленное - покадровое - воспроизведение, тщательно анализируют каждый шаг, движение с каждой ноги и даже каждой отдельной мышцы с целью найти резервы, оптимизировать процесс движения во имя рекордного результата). Но мало знать, понимать, определить - следует еще выработать навыки, что достигается длительными тренировками.
 
Все это напрямую относится и к журналистскому труду. Прежде, чем вам удастся без видимых усилий создать удачное журналистское произведение, следует внимательно разобраться во всех тонкостях, составных частях того, что станет результатом вашего творчества.
Мы уже знаем, что главная цель журналистского труда состоит в передаче информации (коммуникативный акт). Человек может выразить мысль, идею, образ наиболее точно и недвусмысленно посредством слова. Специально организованный словесный ряд становится текстом журналистского произведения или его литературной основой.
 
Литературная основа — необходимая и достаточная часть в печатной периодике. Некоторые газетно-журнальные материалы сопровождаются фотографиями, рисунками или другими иллюстративно-графическими материалами, но это вспомогательные элементы. В соответствии с избранным жанром в печатной периодике литературной основой журналистского произведения как раз и является статья, очерк, фельетон или репортаж, помещенные в газете, журнале, альманахе. На радиовещании литературная основа обретает звуковое воплощение, а на ТВ к этому добавляется изображение. Но для любого журналиста, в каком бы средстве массовой информации он ни работал, какому бы роду журналистики себя ни посвятил, основа основ — словесный (вербальный) ряд, авторский текст (потому и называется «литературная основа»). В свою очередь, надежным фундаментом журналистского произведения является сама жизнь со всем ее неисчерпаемым разнообразием людей, событий, идей, явления, фактов.
 
Жизненный материал — это социальная реальность, изученная автором и положенная в основу журналистского произведения. Реальность всегда неизмеримо богаче литературной основы, журналистского текста. Один из важнейших секретов профессионального мастерства — умение выбрать из всего многообразия реального мира только то, что необходимо в данном журналистском материале (как у скульптора: берет глыбу мрамора, отсекает все лишнее, получается Венера Милосская...) В сущности, проблема выбора события, героя, детали, определяющего слова и т.д. — основная в журналистской профессии. Всю жизнь автор стоит перед выбором и насколько удачно он решает эту проблему, настолько эффективно его творчество.
 
С какими же мерками подходит журналист к жизненному материалу, на чем основывает свой выбор? Чрезвычайно важны здесь избранные (или заданные) тема и идея произведения.
 
Тема (г р е ч.  — положение, о котором рассуждают) — предмет изображения. Это также вопрос, выделенный автором как самый главный для данного материала.
 
Идея (гр е ч.  - понятие, представление) - основная мысль произведения, выражение авторской позиции. Идея может предшествовать изучению жизненного материала, она фокусирует взгляды автора на действительность, определяется его нравственными убеждениями, вкусами и пристрастиями.
 
Если говорить упрощенно, тема - это о чем, а идея - зачем. Так же, как жизненный материал шире литературной основы, так тема шире идеи. Одной и той же теме могут быть посвящены различные журналистские произведения, но идея у каждого из них будет своя.
 
Иногда тему журналистского произведения автору подсказывает окружающая обстановка, происходящие события или люди, о которых он хочет рассказать, их дела и поступки. Чаще журналист ищет героев в соответствии с избранной (или заказанной редакцией) темой. В любом случае, запомним, что в журналистике, как и в литературоведении, центральные, главные действующие лица произведения называются героями. Люди, окружающие центральную фигуру, -персонажами.
 
Как и в литературе, в журналистском произведении герой не обязательно должен быть всецело положительным, так сказать, образцово-показательным, идеальным. Вспомните главного героя шолоховского «Тихого Дона» — сколь противоречива мятущаяся натура Гришки Мелехова! И у героев журналистских материалов отнюдь не у всех на груди сияют Золотые Звезды. В жизни редко бывают одноцветные — только белые или только черные — явления, события, факты; и столь же редки однополюсные - положительные или отрицательные - люди. Однако если центральной фигурой вашего материала становится безусловно отрицательная личность, называть его героем нельзя даже в литературоведческом смысле. Отрицательные образы — это всегда персонажи. Поэтому вы никогда не скажете «Главным героем статьи «Изувер» в газете «Мегаполис-Экспресс» является маньяк-убийца». Подобная фраза не просто неграмотна, это нонсенс.
 
Но вот завершился первый этап журналистской работы - сбор информации. Жизненный материал изучен, определены тема и идея, отобраны герои и известны все персонажи будущего произведения. С содержанием все ясно. В какую форму выльется накопленный материал? Это, может быть, одна из важнейших составляющих журналистского мастерства — найти форму произведения, адекватную его содержанию. Особое значение здесь имеет композиция.
 
Композиция (лат. — сочинение, составление, связь, соединение) - закономерное построение произведения, гармоничное соотношение отдельных его частей (компонентов), образующих единое целое. Композиция — это принцип организации отображаемого автором материала. Обычно она обусловлена темой и идеей, представляя собой такое соединение отобранных событий и фактов, которое раскрывает их глубинную связь и выражает позицию автора. С помощью композиции автор располагает материал в последовательности, соответствующей авторскому замыслу, не дает угаснуть интересу аудитории, фокусирует ее внимание на главном, подводит к необходимым выводам.
 
Работая над композицией, журналист находится в определенной зависимости от фабулы (лат  — басня, рассказ) — той цепи событий, о которой повествуется в материале. В документальном произведении фабула не зависит от автора, это данность, то, что было на самом деле. Исходя из фабулы, журналист выстраивает сюжет своего произведения.
 
Сюжет (ф р.  - предмет) - ход повествования, способ раскрытия (и развития) темы на основе ее драматургии.
 
Мы еще вернемся к рассмотрению сюжета, его компонентов, но сейчас следует сказать о новом понятии, возникшем при определении сюжета, настолько важном, что без него, по сути, невозможно создание ни одного сколько-нибудь интересного и увлекательного, соответствующего правде жизни и привлекающего внимание аудитории, журналистского произведения. Речь идет о драматургическом осмыслении жизненного материала.
 
Драматургия (греч.  — искусство построения произведения) — это способ организации жизненного материала, в ее основе всегда лежит конфликт — столкновение двух противоположных начал:
 
положительного и отрицательного, добра и зла, благородства и подлости, правды и лжи, чести и бесчестия, жизни и смерти, белого и черного... этот ряд бесконечен, как безгранично разнообразие материального и духовного мира. В сущности, это и есть жизнь, ее диалектика: постоянное столкновение различных — противоборствующих — начал, их преодоление, стремление к идеалу, его недостижимость — и... новое стремление. Жизнь — движение. Движение — процесс. Движущая сила любого процесса — преодоление пространства, времени, энергии, мысли...
 
Умение определить конфликт как движущую пружину общественного развития, человеческих поступков, различных явлений природы и на основе этого конфликта драматургически выстроить свое произведение — вот один из главных секретов профессионального мастерства журналиста, литератора, художника, артиста. Все эти профессии роднит творческое отношение к осмыслению реальной действительности. Для журналиста такой подход к документальному материалу как раз и выявляется в значительной мере в композиционном своеобразии его материалов.
 
Конфликт, лежащий в основе драматургии, поможет вам превратить фабулу (реальную последовательность событий) в стройный сюжет (художественно организованное повествование об этих событиях). Из литературоведения известны составляющие части сюжета:
 
экспозиция — своеобразный пролог;
 
завязка — начало действия;
 
развитие действия — более или менее подробное повествование о происходящих событиях;
 
кульминация — высшая точка развития действия (здесь движущая пружина сюжета «сжимается» до предела, все герои и события соединены как бы в единый фокус с тем, чтобы в результате решающего действия, поступка, события количество перешло в качество, наметилось разрешение конфликта);
 
перипетии - события, ведущие к развязке;
 
развязка — конец, завершение конфликта, действия;
 
эпилог — краткое повествование о последующих событиях.
 
Те или иные элементы сюжета могут быть опущены в журналистском произведении, их последовательность может меняться. Все зависит от авторского замысла. Предположим, вы начинаете свой материал непосредственно с кульминации — важнейшего момента и только потом расскажете, как развивались события, приведшие к подобному завершению.

Сюжет — не композиционная формула, незыблемая по своим канонам, но инструмент творчества, который в умелых руках дает замечательные результаты. На первом этапе будет достаточно, если вы сможете определять сюжетные ходы в чужих (да и своих) журналистских материалах. Со временем вы научитесь виртуозно играть на этом «инструменте». А мелодическая, эмоциональная, смысловая окраска ваших материалов будет достигаться при помощи языка и стиля, также чрезвычайно важных компонентов формы.
 
Выше мы упомянули безграничные возможности вербального текста, овладение которыми не только позволяет точно описывать события, характеры, внешний облик и внутренний мир героев, но и проявить собственную индивидуальность, сделать авторский материал узнаваемым, ни на кого другого не похожим. Не здесь ли начинается персональная известность журналиста, не в этом ли истоки его популярности? Недаром говорят: стиль — это человек.
 
Ознакомимся со стилистическими приемами, художественными тропами, наиболее часто встречающимися в литературной речи.
 
Троп — это способ выражения, речевой оборот, образ. Следует уметь различать и использовать в своих материалах такие, например, тропы:
 
Сравнение — сближение двух различных явлений с целью пояснения одного другим. Например: глаза, как звезды. И сразу понятно: глаза у героини яркие, лучистые, глубокие, притягательные, влекущие и т.д. Так что, как видим, использование тропов, кроме всего прочего, сулит еще и экономию слов.
 
Эпитет — поэтическое определение. Не путать с обычным прилагательным. Если вы скажете «наручные часы», первое слово здесь — прилагательное. В словосочетании «роковые часы», безусловно, использован эпитет, который, впрочем, может быть не только прилагательным, но и именем существительным: бродяга-вегер, девочка-березка.
 
Метонимия, синекдоха, литота и гипербола предполагают замещение одних понятий другими.
 
Метонимия - замещение двух или нескольких понятий одним. У Пушкина «Все флаги в гости будут к нам». Понятно, что речь идет о прибытии в петровскую Россию кораблей под флагами разных стран. При помощи метонимии будничное понятие выражено емко, поэтично, образно.
 
Синекдоха — обозначение части вместо целого. У Гоголя: «Все спит - и человек, и зверь, и птица». Речь, разумеется, идет о спящих людях, зверях, птицах. Но единственное число вместо множественного усиливает восприятие. Или, скажем, журналисты говорят: «Читатель этого не поймет», имея в виду отнюдь не какого-то единственного читателя. Синекдоха в данном случае подчеркивает индивидуализированный подход к аудитории, которая, между прочим, тоже может сказать что-нибудь вроде: «Ну и автор (журналист) пошел нынче...»
 
Литота — замещение в сторону уменьшения.
 
Гипербола — замещение в сторону увеличения.
 
У Гоголя в одном предложении использованы и литота, и гипербола:
 
«Тот имеет отличного повара, но такой маленький рот, что и крошка не проедет, а у другого рот с арку Генерального штаба, а обедает в кухмистерской...»
 
Наконец, метафора — наиболее важный в арсенале изобразительных средств художественный троп: образное сближение слов на базе их переносного значения. У Пушкина: «Горит восток зарею алой». Ясно, что речь вдет не о пожаре. «Горит восток» - метафора. Еще пример — двустишие французского поэта Поля Элюара: «Тысячи птиц в когтистых капканах веток. Тысячи веток в когтистых капканах птиц».
 
Журналистам-политологам, международникам надо уметь также пользоваться  эвфемизмами (от г ре ч.  — хорошо говорим) - более мягкими выражениями вместо грубых. Одно дело сказать: «Вы лжете!», и совсем другое: «Это неправда». Конечно, бывают случаи, когда не надо выбирать выражения, но, как минимум, представьте себя на месте того, о ком говорите.
 
Вообще-то, над языком своих произведений вы будете работать всю жизнь. Всю жизнь вы и ваши редакторы будете бороться со словесными штампами во имя незамутненного, ясного, легко воспринимаемого языка с убедительными сравнениями, яркими метафорами. Здесь мы предлагаем вам лишь первичные представления и самые простые советы, связанные с языком журналистских произведений.
 
Почему-то начинающие журналисты словно бы стесняются говорить просто и понятно. Им кажется, что они выглядят убедительнее, если используют напыщенные, а подчас и заумные выражения. Автор знаменитого романа « 1984» Джордж Оруэлл в статье «О политике и английском языке» писал о журналистах, которые не выбирают слова по смыслу, а просто «нанизывают друг на друга длинные периоды, уже установленные в этом порядке кем-то другим». В качестве иллюстрации Оруэлл взял отрывок из Библии и «перевел» его на современный английский. Сравните:
 
Я вернулся и. увидел, что под нашим солнцем победа в беге достается не самым быстрым, а в битве не самым сильным, хлеб получают не самые мудрые, а богатство не люди с пониманием; умение работать не приносит благ;все и вся зависит от времени и везения.

Екклесиаст. Гл. 9. Ст. 11

 
На основе объективного изучения современных явлений неизбежно напрашивается вывод, что успех или неудача в конкретных видах деятельности не выказывает тенденции к соразмерной зависимости от внутренних возможностей, но что неизбежно приходится в значительной мере принимать во внимание элемент непредсказуемости.

Дж. Оруэлл. Политика и английский язык


Это пародия, но она не далека от истины. Возьмите свежий номер газеты, вслушайтесь в очередной выпуск радио- или телевизионных новостей и вы обязательно встретите литературные штампы, столь затертые от частого употребления, что они уже либо вовсе не воспринимаются аудиторией, либо как раз и воспринимаются как пародия и ни что иное. «Вооруженная до зубов полиция», «затишье перед бурей», «убитый горем», «леденящие кровь подробности»... Если влюбленный, то по уши. Если движение вперед, то семимильными шагами. «Свет в конце тоннеля», «супружеские узы», «море крови», «бразды, правления», «кристально чист», «спрятать под сукно», «буря в стакане воды», «ходячая энциклопедия»... другие примеры найдите сами.
 
Чрезвычайно важно начало любого журналистского материала. В западной журналистике первая фраза заметки, статьи, видеосюжета называется лид — от слова «лидер» (первый, ведущий). Действительно, прочитав, услышав «лид», читатель, слушатель, зритель принимает решение, читать ли (слушать, смотреть) ему дальше.
 
Первая фраза рождается обычно в творческих мучениях. «Лид» можно назвать удачным, если в нем ясно излагается основная информация, причем так, чтобы это не было похоже на другие сообщения той же тематики. «Лид» должен оказывать максимальное воздействие при минимуме слов. Здесь не должно быть места второстепенным деталям, общим или абстрактным фразам, расплывчатости, путанице в хронологии событий. Вот пример репортерского мастерства, выдержавший испытание временем благодаря «лиду»; он приводится в западных учебниках журналистики, начиная с 1917г.:
 
«ПАРИЖ- Мата Хари, что на яванском языке означает «утренний глаз», мертва. Она была расстреляна как шпионка отрядом зуавов в Венсенской казарме. Она умерла, в буквальном смысле, глядя смерти прямо в глаза, ибо не позволила, чтобы ей, как принято перед казнью, закрыли глаза повязкой».
 
И еще одно замечание о языке. Из школьного раздела по синтаксису вы знаете о прямой и косвенной речи. Все это имеет отношение и к печатной периодике, но для журналистов, работающих на радио, удобнее говорить об авторском тексте и речи героев и персонажей, потому что, в сущности, и то, и другое - прямая речь, переданная в эфир или записанная на магнитную ленту. Разница между речью героев и авторской речью, прежде всего, в стилистике. Никогда не старайтесь «причесать», «олитературить» слова человека, приглашенного к радиомикрофону. Его речь должна быть предельно индивидуализирована, в ней вполне допустимы синтаксические погрешности, специфические словечки и даже профессиональный жаргон (впрочем, понятный всем, иначе его нужно объяснить радиослушателям).
 
Журналистский текст, как правило, отличается хорошим литературным языком, образной речью. Здесь неуместны канцеляризмы, сленг, ненормативная лексика. Впрочем, в каждом отдельном случае, в каждом конкретном материале язык выполняет свои особые функции, полностью зависит от темы и идеи произведения и от индивидуальности автора. Поговорим об этом подробнее (равно как и о других «секретах» профессионального мастерства) на примере подготовки радионовостей.

(Продолжение следует)

 

В.Л. Цвик

Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии
Медіагрупа Скрепка

    Україна, м. Харків
    Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
    +38 (050) 96-56-629 (9:30 - 18:30)

Ми в соц.мережах: